МЕНЮ

Международная научная конференция "Археология Арктики"
19-23 ноября 2017 года
г. Салехард

Кыштовская культура – южный анклав угров в эпоху средневековья (Иртышское правобережье).

В.И. Молодин

Институт археологии и этнографии СО РАН, Новосибирск

(molodin@archaeology.nsc.ru)

КЫШТОВСКАЯ КУЛЬТУРА – ЮЖНЫЙ АНКЛАВ УГРОВ В ЭПОХУ СРЕДНЕВЕКОВЬЯ (ИРТЫШСКОЕ ПРАВОБЕРЕЖЬЕ)*

*Работа выполнена при финансовой поддержке Российского научного фонда

(проект № 14-50-00036)

 

Кыштовская археологическая культура, выделенная автором в 1987 г. [Молодин, 1987], за последующие десятилетия пополнялась новыми источниками, в виде преимущественно погребальных и ритуальных комплексов. Памятники кыштовской культуры расположены в подтаежной и лесостепной зонах иртышского правобережья, в среднем течении рек Тара и Тартас. Первоначально, культура была выделена на основе материалов монографически изученных позднесредневековых могильников Кыштовка-2 и 1 [Молодин, 1979; Молодин, Мыльникова, 1980]. Дальнейшие исследования в регионе позволили выделить четыре этапа в ее развитии с XI по XVIII столетия [Молодин, Соловьев, 2007; 2012].

Используя ретроспективный метод при этногенетических реконструкциях [Молодин, 1983; Молодин, Соболев, Соловьев, 1990] удалось отождествить носителей культуры с представителями угорских (южно-хантыйских) групп населения, чересполосно населявших территорию северных лесостепей и юга тайги в правобережном Прииртышье, где они длительное время разделяли их сначала с тюркоязычными этносами, а затем, в период позднего средневековья, с представителями сибирских татар – барабинских, тарских, курдакско-саргатских, прежде всего [Молодин, Соболев, Соловьев, 1990; Молодин и др., 2012; Томилов, 1981]. Своеобразие кыштовской культуры на протяжении почти восьмисот лет её существования, определяется достаточно устойчивой погребальной практикой (трупоположения в грунтовых могилах вытянуто на спине, с западной ориентацией покойных). На определенных этапах ее развития в могилах присутствует деревянная обкладка, береста, а также сопроводительные захоронения лошадей или воздушные захоронения последних (вероятно шкур). Надмогильные сооружения изменяются от небольших курганов до овальных холмиков. Погребальный инвентарь состоит из предметов вооружения, конской упряжи, украшений, металлической посуды, изменяющимися во времени. Диагностическим критерием культуры является глиняная посуда [Молодин, 2015], сохраняющая устойчивую традицию в форме и орнаментике на протяжении всего периода существования. Это круглодонные и остродонные емкости, часто с выраженным венчиком в виде воротничка. Верхняя треть сосуда орнаментирована горизонтальной елочкой. Отличительной особенностью посуды являются два параллельных ряда ямочных наколов по верхней части тулова.

Особенностью культуры являются ритуальные комплексы. Типологически выявлено несколько их вариантов [Молодин, Соловьев, 2007], среди которых наиболее яркими можно считать бревенчатые подчетырехугольные срубы, заполненные перевернутыми вверх дном сосудами, предметами вооружения и украшениями, а также, что особенно важно, деревянными остроголовыми идолами мелких и крупных размеров, порой с фаллической символикой [Молодин, 1990; 1992]. Данные сооружения находят семантические параллели в северных, угорских ритуальных комплексах [Бауло, 2002].

Интересно, что истоки культуры связываются с территорией таежной части среднего Приобья, где на памятниках белоярской культуры раннего железного века мы наблюдаем сходные до тожества керамические комплексы [Чемякин, 2008]. Тот факт, что данная орнаментальная традиция как бы исчезает в сургутском регионе, но однозначно вспыхивает в более южных широтах Прииртышья, может свидетельствовать о том, что группы угров, в силу каких-то причин, мигрировали на юг, на границы тайги и лесостепи, что устойчиво прослеживается на протяжении II тыс. нашей эры, вплоть до прихода и адаптации здесь русского населения, являясь, таким образом, южным анклавом распространения угорского населения в Западносибирской равнине.

 

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

  1. Бауло А.В. Культовая атрибутика березовских хантов. – Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2008. – 92 с.
  2. Молодин В.И. Кыштовский могильник. – Новосибирск: Наука, 1979. – 180 с.
  3. Молодин В.И. Ретроспективный метод и опыт его применения (к вопросу о возможности этнической интерпретации археологических памятников) // Методологические и философские проблемы истории. Отв. ред. А.П. Окладников, А.Л. Яншин. – Новосибирск: Наука, 1983. – С. 275-286.
  4. Молодин В.И. Угорские памятники эпохи позднего средневековья в Обь-Иртышской лесостепи. Кыштовская культура // XVII Всесоюзная финноугорская конференция «Археология, антропология и генетика, этнография, фольклористика, литературоведение»: Тез. докладов. Редкол.: В. М. Ванюшев, Т. И. Зайцева, М. Г. Иванова [и др.]. Т. 2. – Устинов, 1987. – С. 54-56.
  5. Молодин В.И. Культовые памятники угорского населения лесостепного Обь-Иртышья (по данным археологии) // Мировоззрение финно-угорских народов. Ред. И.Н. Гемуев. – Новосибирск: Наука, 1990. – С. 128-140.
  6. Молодин В.И. Деревянные антропоморфные изваяния из культовых комплексов эпохи средневековья (Западная Сибирь) // Северная Азия от древности до средневековья. Тезисы конференции к 90-летию со дня рождения М.П. Грязнова / Ред. В.М. Массон. – СПб, 1992. – С. 227-229.
  7. Молодин В.И. Керамические сосуды как этнокультурный индикатор в Западно-Сибирских общностях позднего средневековья – нового времени // Современные подходы к изучению древней керамики в археологии. Ред. Ю.Б. Цетлин. – М.: Изд-во ИА РАН, 2015. – С. 53-58.
  8. Молодин В.И. Мыльникова Л.Н. Исследования памятника Кыштовка-1 // Источники по археологии Северной Азии (1935-1976). Ред. В.И. Молодин. – Новосибирск: Наука, 1980. – С.172-198.
  9. Молодин В.И. Новиков А.В., Поздняков Д.В., Соловьев А.И. Позднесредневековые комплексы на озере Крючков (Средняя Тара). – Новосибирск: Изд-во НГУ, 2012. – 162 с.
  10. Молодин В.И., Соболев В.И., Соловьев А.И. Бараба в эпоху средневековья. – Новосибирск: Наука, 1990. – 260 с.
  11. Молодин В.И., Соловьев А.И. Типология культовых комплексов эпохи средневековья Обь-Иртышской лесостепи и некоторые аспекты их семантики // Археология, этнография, антропология Евразии. № 3 (31). 2007. – С. 144-152.
  12. Молодин В.И., Соловьев А.И. Кыштовская культура: вариативность погребальной практики и обрядов // Вестник НГУ. Серия: История, филология. Том 11. Вып. 3: Археология и этнография. 2012. – С. 197-210.
  13. Томилов Н.А. Тюркоязычное население Западносибирской равнины в конце XVI-первой четверти XIX вв. – Томск: Изд-во ТГУ, 1981. – 276 с.
  14. Чемякин Ю.П. Барсова гора. Очерки археологии Сургутского Приобья. Древность. – Сургут-Омск: Омский дом печати, 2008. – 224 с.

Электронные версии печатных документов

(скачать)