МЕНЮ

Международная научная конференция "Археология Арктики"
19-23 ноября 2017 года
г. Салехард

Вероятные пути эволюции формы «восточных» зеркал-погремушек на территории кулайской общности.

П.И. Шульга

Институт археологии и этнографии СО РАН, Новосибирск

(shulgapi55@yandex.ru)

 

ВЕРОЯТНЫЕ ПУТИ ЭВОЛЮЦИИ ФОРМЫ «ВОСТОЧНЫХ»

ЗЕРКАЛ-ПОГРЕМУШЕК НА ТЕРРИТОРИИ КУЛАЙСКОЙ ОБЩНОСТИ

 

До недавнего времени трудно было представить какую-либо связь между загадочными бронзовыми «восточными» зеркалами-погремушками V-III вв. до н. э. (см. [Шульга, 2003; Васильков, 2003; Трейстер, 2012, Т. 1. С. 121–125]) и различными бляхами в таёжном Приобье, украшенными конусом и концентрическими валиками. Между тем, совсем недавно обнаружена новая категория изделий, по-видимому, являвшаяся переходным звеном. Речь идёт о больших и малых бронзовых дисках с конусами и валиками из Казымского клада, первоначально принятых за зеркала-погремушки (Бауло, 2016), поскольку на некоторых из них полностью воспроизведён рельеф оборотных дисков зеркал-погремушек с центральным конусом, окружённом двумя полыми валиками. На этих дисках также встречаются характерные для зеркал орнаменты и даже изображения «дев». Однако, в ходе их изучения и сравнительного анализа установлено, что это не оборотные диски составных зеркал-погремушек, а впервые зафиксированная особая категория нефункциональных культовых изделий. Внешне похожие диски из Казымского клада (7 экз.) почти по всем позициям отличаются от зеркал-погремушек. Все диски имели диаметр около 11 см, а не 15 см (как у зеркал). Они не проковывались, а отливались, не имеют «золочения». Изображения на них гравировались, а не чеканились. На некоторых дисках был лишь один (иногда цельный) валик, количество граней варьировало. Помимо этого следует отметить ещё две принципиальные особенности дисков: 1) на всех изображались не лани, а лошади в иной композиции и в особом неизвестном художественном стиле; 2) в отличие от зеркал-погремушек, диски изначально изготавливались как предметы, не имевшие практического применения, без ручек, петель и отверстий. По предварительным данным, диски с гравировками производили на востоке Передней Азии в III в. до н. э., откуда они поступали на север через территорию саргатской культуры.

Помимо вышеуказанных больших дисков диаметром около 11 см, в Казымском кладе и в других местах имеются малые диски (бляхи) диаметром 5-6 см с конусом посередине, окружённые полым валиком, в том числе, шестигранным. Некоторые из них воспроизводят центральную часть зеркала-погремушки с одним внутренним шестигранным валиком. Очевидно, что их отливали несколько позже больших дисков и не в Передней Азии, а, возможно на территории саргатской культуры.

Итак, благодаря казымской находке мы можем достоверно проследить сложную эволюцию: зеркала-погремушки – большие диски с гравировками – большие диски без гравировок – малые диски (бляхи) без гравировок. В целях их практического применения северные охотники пробивали в них по два противопоставленных отверстия. Судя по потёртостям у отверстий, диски и бляхи крепились к какой-то основе, часто находившейся в движении. Это могла быть верхняя одежда, как в пьяноборской (чегандинской) культуре [Генинг, 1970. С. 58. Рис. 35], поясной ремень или висевший на ветру штандарт.

Завершают вышеописанную типологическую цепочку последовательно: 1) простые бляхи с конусом и одним валиком (см. подобные, [Приступа, Стародумов, Яковлев, 2002. С. 79; Ширин, 2012. Ил. 7; др.]), 2) бляхи, украшенные конусом, валиками, радиальными прорезями, а также изображениями голов медведей (см. подобные, [Бауло, 2011. С. 210; Ширин, 2012. Ил. 8; др.]), 3) эполетообразные застёжки с изображениями медвежьих голов [Ширин, 2003; и др.]. Сходство этих категорий вещей между собой уже отмечалось [Бауло, 2011. С. 210; Ширин, 2012. С. 38]. Всё это позволяет предполагать существование в таёжном Приобье непрерывной традиции использования с III в. до н. э. по V-VII  вв. дисков, блях и эполетообразных застёжек, украшенных конусом и окружавшими его валиками.

 

БИБЛИОГРАФИЧЕСКИЙ СПИСОК

 

Бауло А.В. Древняя бронза из этнографических комплексов и случайных сборов. – Новосибирск: Изд-во ИАЭТ СО РАН, 2011. – 260 с.

Бауло А.В. «Старик священного города»: иконография божества в облике медведя по археологическим и этнографическим данным // Археология, этнография и антропология Евразии. 2016. – №2 (44). – С. 118-128.

Васильков Я.В. Древнейшие индийские зеркала из скифо-сарматских курганов Алтая и Южного Приуралья // Степи Евразии в древности и средневековье. Кн. II. – СПб.: Изд-во Государственного Эрмитажа. 2003. – С. 28-33.

Генинг В.Ф. История населения Удмуртского Прикамья в пьяноборскую эпоху. Ч. I: Чегандинская культура III в. до н. э. – II в. н. э. // Вопросы археологии Урала. – Свердловск; Ижевск: Изд-во Ур. гос. ун-та, 1970. – Вып. 10. – 224 с.

Приступа О. И., Стародумов Д. О., Яковлев Я.А. Окно в бесконечность: Бронзовые зеркала раннего железного века / Отв. редактор Я. А. Яковлев. – Томск: ГалаПресс, 2002. – 88 с.

Трейстер М.Ю. Бронзовые зеркала из Южного Приуралья: ближневосточные и южно-азиатские импорты и местные подражания // Влияния ахеменидской культуры в Южном Приуралье (V-III вв. до н. э.) (Древняя Торевтика и ювелирное дело в Восточной Европе). – М.: ТАУС, 2012. В двух томах. Т. I. – С. 120-133.

Ширин Ю. В. Верхнее Приобье и предгорья Кузнецкого Алатау в начале I тысячелетия н.э. / Отв. ред. Н. А. Кузнецов. – Новокузнецк: Кузнецкая крепость, 2003. – 288 с.

Ширин Ю.В. Хронология Няксимволя // Няксимволь / Отв. ред. Я.А. Яковлев. Томск; Ханты-Мансийск; Изд-во Том. ун-та, 2014. – С. 33-52.

Шульга П.И. Могильник скифского времени Локоть-4а. – Барнаул: Изд-во Алт. гос. ун-та, 2003. – 204 с.

Электронные версии печатных документов

(скачать)